Норильск возможного будущего. Часть 2

Время чтения: 3 минут(ы)

Нереализованных архитектурных проектов всегда гораздо больше, чем реализованных. В Норильске они в основном касались двух незастроенных районов города: нового общественного центра на площади Металлургов и так называемого юго-западного района Норильска – между ул. Комсомольской и озером Долгим. Какие только планы не строили архитекторы на эти территории. На пл. Металлургов в разные годы собирались строить Дом советов, Дворец пионеров, новый театр, гостиницу для иностранных специалистов, бассейн на восемь дорожек, универсальный спортзал, каток с искусственным льдом, молодежный центр, аквапарк… Все вместе и по отдельности, и естественно, в каком бы составе ни был общественный центр, его корпуса планировали соединять между собой крытыми пешеходными галереями.

Юго-западный район Норильска – второй объект градостроительный мысли. Согласно проекту 1940-х гг. там хотели выстроить стадион на 15 тысяч мест, а рядом – манеж, тир, лодочную станцию на озере Утином (уже засыпанном), и еще много спортсооружений, вплоть до тренировочной базы бойцов спецподразделений. Более поздние проекты предполагали культурно-спортивный комплекс с бассейном, танцевальными и выставочными залами, Домом культуры, кинотеатром, кафе. Там же был предусмотрен универсальный спортзал с крытой хоккейной площадкой и крытая купальня на озере. И снова пешеходное движение осуществлялось по крытым галереям, а компактность застройки достигалась повышенной этажностью корпусов. Из всего задуманного воплотился лишь спортивный комплекс – Дворец спорта «Арктика».

Комсомольский парк на «горе» должен был стать зоной отдыха с открытым павильоном, с залом игровых автоматов и даже настоящими аттракционами. Кстати, о развлечениях: в конце 1980-х вполне серьезно собирались устроить в Норильске зоопарк, где в естественных условиях находились бы северные животные. Долгое озеро тоже постоянно будоражило умы архитекторов: начиная с 1940-х гг., когда предлагали строить деревянный крытый бассейна «на берегу естественного водоема с использованием теплых вод ТЭЦ» до идеи «всех времен» о благоустроенных набережной и городском пляже с крытой зимней купальней. «Речь ведь идет о времени после 1970 года! Можно ли будет в любую погоду проводить досуг на территории района или придется искать спасения на ергалахе, Далдыкане или Талнахе? С особой тщательностью надо продумать, каковы будут связи города… с благоустраиваемой набережной озера Долгого. Район выходит на берег незамерзающего озера. С холмов открывается панорама промплощадки комбината. Это преобразованный трудом норильчан пейзаж должен явиться основой эстетической концепции застройки…» – так писал в городской газете главный архитектор Норильска Александр Шипков.

Впрочем, заботила градостроителей не только эстетическая, но и экономическая сторона вопроса: в частности, дороговизна логистики и стройиндустрии на Крайнем Севере. Они искали разные пути, предлагали неожиданные решения. Например, в 1960-х гг. предлагалось для снижения стоимости заполярных домов создать строительные базы в Иркутске или Красноярске, где на продукции не сказывается «северное» удорожание, а для перевозки оттуда конструкций – использовать дирижабли! Тогда ж говорилось о строительстве экспериментальных жилых домов в 9–11 этажей из пластмассы и алюминия. Использовать пластик предлагали и для строительства куполов над городом. Идею крытых дворов и улиц продвигали уже упомянутый Александр Шипков и его жена, архитектор Елизавета Шипкова. Например, они предлагали сделать из дворов-колодцев улицы Завенягина – дворы-комплексы под прозрачными куполами. Сохранять тепло внутри дворов и ограждать их от внешнего мира должны были арки с воротами, а через проходные подъезды жильцы могли попасть из одного двора в другой, не выходя на улицу. Под куполами предусматривались спортплощадки и газоны, а на первых этажах – магазины, парикмахерские, столовые, детские сады и другие объекты соцкультбыта. Идея всепогодных жилых зон возвращалась еще не раз. Например, сделать крытым – под надувным или брезентовым куполом – хотели стадион «Заполярник». Или превратить в «норильский Арбат» вторую половину Ленинского проспекта: снести хрущевки, сделать малоэтажную застройку и накрыть пешеходную зону куполами. Ну а зимними садами под стеклом архитекторы, как уже говорилось, грезили, начиная с самого рождения города. Почему проекты крытых островков «лета среди зимы» так и не воплотились? Градостроительное сообщество Норильска вело по этому вопросу долгий и безрезультатный спор: одни говорили, что не нужно создавать людям тепличные условия: «Человек на Севере должен закаляться, а не чахнуть под колпаком». Тот же Шипков отвечал: «Зачем же превращать поход за хлебом в пятидесятиградусный мороз в закалку и спорт?».

завенягина, купол

В 40-е годы архитекторы подумывали о создании дворов со стеклянным куполом
с искусственным климатом по ул. Завенягина. Рис. В. Зверева

Но идея «города под куполом» была лишь полумерой. Смелая инженерная мысль шагнула дальше – к домам-комплексам. В 1961 г. в Ленинградском филиале Академии строительства и архитектуры СССР над созданием зданий для Крайнего Севера вообще и Норильска в частности трудился архитектор Станислав Одновалов. Дома-микрорайоны – гигантские цилиндры из алюминия и пластика – соединялись бы променадами, опять же накрытыми куполами и опять же с зимними садами. Почему цилиндры? Меньше периметр наружных стен – меньше тепловые потери и ветровые нагрузки.

Светлана Николаевна Гунина

По материалам выставки и одноименной книги «Освоение Севера. Тысяча лет успеха»